КАЗАХСТАН И ЕАЭС: КАКИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ?

14.03.2019

Элиты Казахстана находятся в процессе осознания того факта, что глобализация в понимании 90-х годов исчезла. Нет единственного гегемона мира, нет единственной, «потому что верной», концепции демократии, к которой переходят все народы мира. Нет уже такого понимания рынка, «который решает все», нет единственного мирового финансового капитала. Нет международной правовой системы, решающей вопросы в рамке концепции прав человека и гуманитарных интервенций. Мир вдруг оказался в кризисе и столкновении элит с разными концепциями глобализации. «Новая глобализация» как геополитический концепт задаёт другие векторы развития. И на это надо хотя бы вовремя реагировать, иначе национальная элита лишится части своего статуса.

Вместе с тем, политические и социальные риски перед национальными элитами многих стран, в том числе Казахстана, таковы, что краткосрочное, тактическое и политическое маневрирование уже не спасает. Многовекторная и, как определяют, прагматичная политика Казахстана, вступает в противоречие не только с внешней политикой тех государств, которые уже сейчас или в среднесрочной перспективе будут пытаться установить свои правила игры, но и с долгосрочными национальными интересами Казахстана. Новая глобализация потребует интеграции, как непреложный экономический закон. Поэтому сейчас, как никогда важно, принимая повседневные решения, мыслить долгосрочными перспективами. В противном случае интеграция все равно состоится, но на чужих условиях, и поодиночке. Далеко за примерами ходить не надо: Румыния, Болгария, страны Балтии, даже индустриально развитая Чехия, а также Венгрия в предзаданном им интеграционном проекте.

Перспективы Казахстана в ЕАЭС связаны с решением проблем функционирования интеграционного объединения, и тесно связаны с ситуацией во всех странах союза. Как и каждый живой организм, экономический союз государств подвержен внешнему воздействию и переживает внутренние кризисные состояния, чаще всего связанные с ростом объединения. Хорошо известны трения и несовпадения некоторых интересов, и даже претензии друг к другу членов Евразийского экономического союза.

В Казахстане союз понимается как экономический, и это главное. При этом серьёзные казахские эксперты отмечают, что уже сейчас в экономическом плане китайский проект «Экономический пояс Шелкового пути» фактически может превратиться в приоритетный для стран Центральной Азии. К нему подключились практически все страны Центральной Азии в отличие от ЕАЭС, куда из региона вошли только Казахстан и Кыргызстан. Таким образом, для элит региона остаётся нерешённым ряд вопросов именно с экономическими перспективами ЕАЭС.

И всё же сегодня Евразийский экономический союз развивается как второе по степени развития интеграционное объединение в мире. Если попытаться сделать один из главных выводов относительно результатов функционирования союза за последние годы, то можно сказать: баланс интеграционных эффектов для всех государств-членов так или иначе положительный.

Для успеха в управлении, тем более такими сложными интеграционными объединениями, надо ясно представлять актуальные проблемы, и применять адекватные им средства решения. Последнее возможно только если существует развитое представление о принципиальных, или по-другому, рамочных, проблемах интеграционного объединения, и перспективах движения союза. Отсюда – надо видеть проблемы конкретные, связанные с функционированием, с практикой применения правил, и проведением в жизнь принятых решений. Здесь много нареканий со стороны казахских управленцев и экспертов, и это – первый слой проблем.

Но надо смотреть и на общие результаты, связанные с деятельностью объединения стран, и перспективами для каждой из них. На этом уровне также могут актуально проявляться противоречия позиций и противоположные взгляды относительно предлагаемых решений. Именно в разрешении этих противоречий развивается объединение, и именно здесь возникают перспективы ЕАЭС. Это ясно показало декабрьское заседание Высшего евразийского экономического совета (ВЕЭС), состоящего из глав государств союза, на котором подведены итоги председательства России в 2018 году.

Один из важных итогов - сформирована нормативная и институциональная база для запуска единого цифрового пространства ЕАЭС. В бюджете Союза на 2019 год предусмотрены значительные средства на реализацию крупных цифровых проектов. (…)

Фактически согласовано общее представление о важнейших интеграционных задачах. Это, во-первых, повышение эффективности функционирования внутрисоюзного рынка; во-вторых, укрепление промышленной кооперации; в-третьих, создание единого цифрового пространства; в-четвертых, более тесная координация валютно-финансовой и денежно-кредитной политики.

Именно здесь, как представляется, и закладываются основы разных подходов и возникают трения между партнерами по интеграции, поскольку проявляются разные интересы. Например, противоположные взгляды на интегрирование рынков нефти и газа, актуализированные лидером Беларуси, а также возникающие претензии со стороны казахских партнеров относительно ситуации конкуренции товаров стран ЕАЭС на рынках друг друга. Эти и другие острые вопросы указывают на рамочную проблему, связанную с пониманием смысла и конечной цели интеграционного процесса.

Успех для Казахстана во многом зависит от понимания элитами изменившихся условий. И главное среди них - закончилась эпоха свободной торговли. Повсеместно в мире стала проводиться протекционистская политика. В ЕАЭС фактически еще щадящий режим. А ведь по сути товары Казахстана должны стать для всех стран союза либо своими, либо чужими, и наоборот – товары стран ЕАЭС в Казахстане. Вот в этом корень всех торговых конфликтов и всех разногласий по поводу того, какой должна быть цена на газ и как вообще должны складываться отношения, прежде всего, таможенные. Фактически новые условия требуют углубления интеграции, но на этом пути участники объединения встречаются с несогласованными интересами национальных элит.

При глубокой интеграции и едином согласованном центре управления общим экономическим пространством можно было бы решать вопрос о цене за газ или нефть для каждой из стран как простой технический, транспортный и экономический вопрос. Но в нынешних условиях необходимо придерживаться программы последовательной и пошаговой интеграции, имея целью к 2024-2025 гг. сложить единый рынок нефти и единый рынок газа суверенных стран с разным уровнем развития экономики. Принятие Программы формирования общего рынка газа ЕАЭС на последнем заседании Высшего евразийского экономического совета (ВЕЭС) опирается на развитие конкуренции, обеспечение недискриминационного доступа к газотранспортным системам и переход к рыночному ценообразованию, что будет способствовать обеспечению развития национальных экономик. На общих рынках нефти и нефтепродуктов ЕАЭС будет формироваться единое биржевое пространство, прозрачные биржевые и внебиржевые ценовые индикаторы, будет обеспечен недискриминационный доступ хозяйствующих субъектов государств-членов Союза к биржевым торгам нефтью и нефтепродуктами, а также определен механизм исполнения сделок (договоров), совершенных в рамках единого биржевого пространства.

В основе рисков для Казахстана, впрочем, как и для всех стран ЕАЭС, лежит главная проблема – незавершенность промышленной реконструкции экономического пространства, и объективная потребность в социально-экономической модернизации. (…)

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев подчеркнул на саммите ВЕЭС необходимость реализации т.н. «якорных» проектов в ключевых секторах экономики. В этой связи Комиссии (ЕЭК) и правительствам стран ЕАЭС было рекомендовано определить перечень таких проектов.

С цифровизацией экономики затягивать также нельзя, чтобы не впасть в серьезное отставание от других стран, а также, чтобы обеспечить современный сервис и управление новой индустрией. Ускоренное движение с цифровизацией экономики неизбежно создаст экономические и социальные цифровые «анклавы». И работы в этом направлении уже запущены. Одним из приоритетных направлений члены ВЕЭС считают цифровую трансформацию экономик. На декабрьской встрече договорились о формировании центра компетенций в Астане. В дальнейшем подобные центры могут создаваться и в других странах ЕАЭС. Комиссии (ЕЭК) дано поручение проработать порядок взаимодействия с этим центром и механизмы имплементации цифровых проектов.

В ближайшее время запускаются пилотные проекты, в частности по цифровой прослеживаемости товаров. Это будет общая для всех пяти стран Союза система, к которой будут иметь доступ налоговые и таможенные службы, чтобы в онлайн-режиме обеспечивать т.н. прослеживаемость товаров. Экономические и технологические достижения на этом пути надо будет конвертировать в социальные бонусы для общества каждого из участников интеграционного объединения. Такова перспектива цифровой экономики при решении проблемы реиндустриализации. (…)

Но, пожалуй, самая животрепещущая рамочная проблема, требующая решения в ближайшее время, это вопрос транспортных коридоров через страны ЕАЭС. Проблема в том, что сложилось уже представление о пространстве стран ЕАЭС как просто территории, через которую пройдут крупные международные транспортные коридоры. Если так, и если через Казахстан будут просто возить чужие товары, предоставляя казахстанцам лишь возможность обслуживания, то интеграция не состоится. Если кто-то видит себя только элементом сложившейся геоэкономики, и предполагает лишь воспользоваться географическим положением, снимая «сливки» транспортных пошлин и платежей, то можно прямо сейчас бросать интеграционные усилия, и переходить на обслуживание крупных транснациональных объединений, с перспективой неизбежного ограничения позиций национальной элиты.

Евразийская интеграция имеет перспективу изменения сложившейся геоэкономики за счёт выстраивания собственных транспортных коридоров для движения собственных товаров. Последнее не мешает взаимовыгодному сотрудничеству и с другими странами, объединениями и транснациональными структурами. Принципиальна для ЕАЭС перспектива сочетания коридоров «Восток – Запад» и «Север – Юг». Понятно, что естественный выбор такого сочетания есть только у России и Казахстана, которые способны гармонизировать транспортные коридоры в интересах участников объединения.

Информационно-аналитический центр при МГУ

Другие статьи на эту тему: